Государственный музей-памятник «Исаакиевский собор» –
музейный комплекс
Роль А.А.Парланда в работе Императорских Археологических институтов Санкт-Петербурга и Москвы

 

 
Императорский Археологический институт в Санкт-Петербурге был торжественно открыт 15 января 1878 года в центре столицы по адресу: Екатерининский канал, дом № 14. Первым директором стал его основатель сенатор Н. В. Калачов. Ему подчинялся Совет института, куда входили все профессора и преподаватели, а само учреждение относилось к Министерству народного просвещения, подчиняясь только министру – на тот момент этот пост занимал граф Д. А. Толстой. Образовательная организация задумывалась как дополнительное учебное заведение, и принимала лиц, имеющих уже высшее образование, сроком на два года и готовила будущих археографов и архивистов. Студентов было немного, например, за первые десять лет в Институте обучалось вместе с вольнослушателями 182 человека (из них лишь 31 студент сумел успешно завершить курс обучения и получить диплом). Окончившим курс обучения предоставляли «согласно уставу, звание Действительных Членов или Членов-Сотрудников Института»[1].
 
Августейшим покровителем Института стал великий князь Сергей Александрович, и «все лица, избранныя Советом Института в Почетные Члены его, утверждались в этом звании Его Императорским Высочеством»[2]. В почетные члены можно было избираться двумя путями: либо за свои заслуги в области науки, либо сделав щедрое пожертвование. В данном случае речь шла о единовременном взносе на развитие Института в размере пяти тысяч рублей. Такой порядок существовал во многих учреждениях. Но по документам, хранящимся в Центральном историческом архиве Санкт-Петербурга, можно установить, что директор довольно часто отказывал просителям и возвращал им документы. Так, например, было в 1909 году с настойчивым заявителем, председателем Бессарабской губернской ученой архивной комиссии, неоднократно присылавшим необходимые бумаги для вступления в почетные члены. На такие прошения всегда отвечал лично директор: «Письма Ваши с приложением фотографии с документа Молдавскаго Господаря Радула Воеводы мною получены… Постановлением Совета Ваше ходатайство вновь было отклонено в виду того, что членов корреспондентов Институт не имеет, а в члены сотрудники Совет избирает крайне редко и только лиц особо содействующих научному или материальному преуспеянию Института учеными трудами или пожертвованиями»[3]. Глава Института отклонял прошения не только потому, что почетными членами состояли влиятельные лица общества, такие как высокопреосвященный московский митрополит Владимир, министр народного просвещения А. Н. Шварц, директор императорской публичной библиотеки Д. Ф. Кобеко, директор Московского Архитектурного института А. И. Успенский, председатель Военно-Исторического общества генерал-лейтенант Д. А. Скалон и др. Но и по причине приобретения (если их не было до этого) ряда регалий, выделяющих человека из своего окружения: по мимо получения диплома, свидетельствующего о вступлении в почетные члены, ему присваивался разряд «в 5-м классе по должности и по шитью на мундире. Им предоставлено право ношения нагруднаго знака на правой стороне мундира»[4].
 
Альфред Александрович Парланд, профессор архитектуры и главный строитель столичного храма Воскресения Христова, был избран в почетные члены Императорского Архитектурного института 21 декабря 1899 года[5]. И, хотя, как писал директор, «прямых обязанностей с должностью Почетнаго Члена не сопряжено»[6], Парланд стал активно участвовать в жизни учреждения. Он организовывал экскурсии на стройку храма Воскресения Христова, где на специальных щитах демонстрировал чертежи собора и те части памятника, что были уже сооружены. Также он помогал в организации благотворительных выставок научного значения, для чего предоставлял вещи из своей обширной археологической коллекции. Помимо этого, используя собственный опыт руководителя большим строительством, архитектор содействовал налаживанию работы хозяйственной части Института. А вскоре Альфред Парланд вошёл в Правление Санкт-Петербургского Археологического института, в ведении которого находились денежные и различные хозяйственные вопросы.
 
В 1898 году возглавил Институт Николай Васильевич Покровский, профессор Санкт-Петербургской Духовной академии, доктор церковной истории, профессор церковной археологии, действительный статский советник[7]. Покровский, образованнейший человек и общественный деятель своего времени (например, при его участии создавался не потерявший своей актуальности до сих пор «Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона»), оценил работу Парланда в Императорском Археологическом институте. 16 сентября 1910 года Покровский лично подал прошение на имя министра народного просвещения о награждении сотрудника: «Имею честь покорнейше просить ходатайства Вашего Высокопревосходительства о Всемилостивейшем награждении Почетнаго члена Императорскаго Археологическаго Института, профессора Архитектуры, статскаго советника Парланда за выдающияся отличия по должности Почетнаго члена и члена Правления Института – чином действительнаго статскаго советника»[8].
 
Архитектор всего несколько лет назад получил V класс по должности, – 5 сентября 1907 года он был награждён чином статского советника за «постройку под его наблюдением и его проекту храма Воскресения в Санкт-Петербурге»[9]. Но к этому времени правило, по которому получение последующего чина зависело от выслуги лет, было упразднено. Для «производства в чины выше статского советника (V класса) никакого срока не полагается, и пожалование в оные зависит единственно от Высочайшего соизволения»[10]. IV класс давал право на потомственное дворянство и соответствовал чинам генерал-майора в армии и контр-адмирала во флоте. И Покровский стал прилагать усилия для получения Парландом нового чина. Благодаря сохранившейся переписке директора Института с Департаментом общих дел Министерства народного просвещения, который требовал разъяснений по поводу присуждения архитектору гражданского чина четвёртого класса, становятся известны подробности о работе Альфреда Александровича Парланда в Институте. Вот как в письме от 20 сентября 1911 года директор характеризует его деятельность: «Вследствие отношения от 13 сего сентября за № 11108, в дополнение к представлению от 5 сентября за № 281, имею честь уведомить Департамент Общих Дел, что почетный член Института А. А. Парланд принимал участие в археологических выставках Института и в значительной мере содействовал их успеху своими обширными коллекциями, входившими в состав означенных выставок; руководил экскурсиями слушателей Института – в музее Императора Александра III и в некоторых выдающихся храмах С.Петербурга; в звании очередного члена Правления в 1905 и 1906 годах много потрудился в хозяйственных и экономических делах Института»[11].
 
Несмотря на хлопоты Покровского, испрашивающего Парланду за благотворительную и общеполезную деятельность в Императорском Археологическом институте чин действительного статского советника, процедура рассмотрения затягивалась. Это, естественно, никаким образом не отразилось на работе Альфреда Александровича: он по-прежнему избирался Советом института в члены правления и выполнял возложенные на него обязанности с присущей ему педантичностью. Тогда директор Института, желая отметить усиленные труды Парланда по хозяйственной части учреждения, внёс его фамилию в другой наградной список, и «почетный член Императорскаго Археологическаго Института в Петрограде статский советник профессор Альфред Александрович Парланд Высочайшим приказом по гражданскому ведомству от 1 января 1912 года за № I Всемилостивейше награжден орденом св. Владимира IV степени за служебныя отличия по должности Члена Правления вышеозначеннаго Института»[12].
 
Одновременно с этим Альфред Александрович Парланд был приглашён к работе в Московский Императорский Археологический институт. Этот образовательный центр был задуман в городе, наполненном памятниками старины, министром просвещения в отставке В. Г. Глазовым и приват-доцентом императорского харьковского университета А. И Успенским. Их поддержали ученые силы Москвы, помогли выработать положение об Институте, и «31 Января 1907 г. оно было утверждено, по докладу Совета Министров, Государем Императором; 23-го сентября состоялось торжественное открытие Института, а на следующий день началась уже полная жизнь молодого учреждения, под руководством инициаторов»[13].
 
Московский Археологический институт отличался от санкт-петербургского, во-первых, тем, что он был основан на частные пожертвования, и необходимо было студентам платить за своё обучение (в столичном учебном заведении до конца XIX века плату не брали вовсе, а даже, наоборот, помогали неимущим стипендией): учащиеся «вносили установленную за слушание лекций плату по 80 рублей в год, окончившие Петербургский Археологический Институт, в половинном размере и слушатели отдельных предметов за каждый предмет по 10 рублей в год»[14]. Полученные деньги почти полностью шли на оплату работы преподавателей. Исключение было сделано шестнадцати стипендиатам от Городской думы, которым было разрешено бесплатно слушать лекции «в возмещение уступленной Городом земли под постройку собственнаго здания Института на Миусской площади»[15]. Остальные необходимые суммы для деятельности учебного центра давали частные пожертвования.
 
Во-вторых, отличительной чертой Московского Археологического института являлась широта и специальность программы преподавания и «обусловленная этим многочисленность кафедр по археологии и археографии и разделение Института на два отделения – археологическое и архивное, трехгодичный – вместо двухгодичнаго – курс обучения, практические занятия слушателей по предметам, избранным каждым из них своею специальностью, и, наконец, присуждение ученаго звания под условием защиты диссертации»[16]. Таким образом, московский Институт являлся также высшим учебным заведением, состоящим в ведомстве Министерства народного просвещения, но имел более широкую научную разработку предметов и подготавливал различных специалистов для работы в архивах, музеях, библиотеках, – как государственных, так и частных. Новое учреждение сразу привлекло студентов, в первый же год работы было набрано на первый курс 228 человек, из них «из них 64 действительных слушателей, до поступления в Институт окончивших курс в других высших учебных заведениях, и 164 вольнослушателя, из них 2 с высшим образование, остальные – большею частию с средним образованием[17]».
 
С самых первых дней создания Института члены императорской семьи (включая государя императора и императрицу, – всего пятнадцать человек) стали его августейшими покровителями, а роль почётного попечителя нового учреждения взял на себя Его Императорское Высочество Великий Князь Александр Михайлович[18]. Всего же в 1907-1908 гг. почётными членами состояли 58 человек, среди них в списках есть и фамилия Парланда: «Профессор архитектуры, Статский Советник, Альфред Александрович Парланд»[19].
 
Таким образом, Парланд с первых же дней создания Института был привлечён к работе этого нового просветительского учреждения. По просьбе учредителей Института архитектор вошёл в строительный комитет по сооружению собственного здания (поначалу им предоставила свои помещения Медведниковская гимназия в Староконюшенном переулке): «Состав Комитета по сбору пожертвований на сооружение здания Института и члены-специалисты: академики живописи В. М. Васнецов, профессор архитектуры А. А. Парланд, и архитекторы – Ф. Ф. Горностаев, В. П. Десятов, и Н. С. Шуцман»[20]. В 1913 году произошло торжественное заложение первого камня строительства собственного здания на Миусской площади, вблизи Триумфальных Ворот, и Парланд, наладив работу строительного комитета, вышел из его состава и посвятил себя основной работе – преподаванию.
 
В первом учебном году коллектив преподавателей состоял из 21 человека: «13 человек по предметам общим для археологическаго и археографическаго отделения Института, 8 человек по предметам, специальным для археологическаго отделения»[21]. Московский Археологический институт сразу получил признание в научных кругах, ведь в его аудиториях впервые в России читались лекции по истории русского искусства, истории русской архитектуры, генеалогии, музееведению, хронологии, бытовым древностям геральдики, нумизматике, египтологии, истории греческой архитектуры и античной декорации и др. Лекторы тщательно отбирались Советом института, и только после всех согласований и одобрения кандидатуры у министра допускались к занятиям. Это правило было зафиксировано в двенадцатом параграфе «Положения о Московском Археологическом Институте»: «Преподаватели института избираются закрытой баллотировкой (большинством голосов) его советом их профессоров и приват-доцентов высших учебных заведений и других лиц, имеющих ученую степень доктора или магистра, или известных совету своими учеными трудами в той науке, для преподавания которой они приглашаются, и утверждаются в этом звании Министром Народнаго Просвещения»[22].
 
В результате и лекции по общим предметам, таким как История русского искусства, История русской литературы, История русского языка, Русская история искусства, Всеобщая история искусства, Этнография, Археология и топография города Москвы, История Византийского искусства (всего 17 предметов), и лекции по специальным дисциплинам, читали выдающиеся люди своего времени, – орд. профессор С. И. Соболевский, орд. профессор Р. Ф. Брандт, директор института А. И. Успенский, орд. профессор А. Н. Филиппов, архитектор Ф. Ф. Горностаев и др. В основном, все они являлись преподавателями московского Университета. Одним из исключений являлся петербуржец Альфред Парланд.  Ему предоставили возможность читать курс по излюбленной им античности, для чего была специально «Советом открыта кафедра истории греческой архитектуры и орнаментики, которую занял, по приглашению Совета, профессор архитектуры Альфред Александрович Парланд»[23].
 
Парланд с воодушевлением приступил к работе. Его предмет назывался История греческой архитектуры и античной декорации и относился к специальным археологического отделения. Альфред Александрович сам разработал программу лекций и после утверждения её Советом института стал читать лекции студентам первого и второго курса (третий курс был посвящён практическим занятиям, и работа велась по соглашению с преподавателем). В Российской национальной библиотеке сохранилось расписание лекций в Императорском Археологическом институте за 1912/1913 академический год. Из него можно узнать, что лекции по истории греческой архитектуры и античной декорации проходили в аудитории № 1 по четвергам: для студентов первого курса с 8 ч. 45 м. до 9 ч. 25 м.; для второго курса с 9 ч. 25 м. до 10 ч[24].
 
Курс был уникальный, литературы по этой дисциплине было мало, и Альфред Александрович сразу для своих студентов напечатал лекции под названием «Храмы древней Греции». Это издание являлось научным трудом, с таблицами и литографиями, изданным за счёт средств Московского Археологического института в 1909 году. Студенты могли купить пособие в институтской библиотеке по цене 8 р. 50 коп.[25] Позже Парланд сделал посильный вклад в науку изданием монументального труда в двух томах под названием своего курса «История греческой архитектуры и античной декорации». В нём он собрал обширный и разнообразный материал, систематизировал и исследовал его, излагая научную информацию об античности в простой манере повествования. Книга также продавалась в библиотеке Института.
 
Помимо этого, Альфред Парланд, обладая собственной коллекцией предметов, представляющих археологический интерес, а кроме того, бывая за границей и имея возможность для личного обмера и зарисовки памятников античного зодчества, подготавливал наглядный материал для демонстрации слушателям. На это особо обращалось внимание студентов, т.к. было на тот момент редкостью: «Аудиторий в Институте пять.… В двух из них имеются волшебные фонари для световых картин, которыми сопровождаются лекции: по Всеобщей истории искусства, Русской истории искусства, Истории греческой архитектуры (выделено автором статьи)…»[26].
 
 Надо сказать, что известный архитектор был преподавателем по призванию: он не мог жить без работы с молодым поколением. На протяжении всей своей жизни Парланд удивительным образом совмещал архитекторскую деятельность (а он много строил в разных областях России) с преподавательской службой: сначала в Императорской Академии художеств, затем в Центральном училище технического рисования барона Штиглица, и, наконец, в Московском Археологическом институте. Считая важным передавать студентам научные познания, Альфред Александрович с присущей ему энергией работал в Институте, не щадя себя: находясь уже в солидном возрасте (в 1912 году ему исполнилось 70 лет), он в любую погоду раз в неделю (минимум) совершал поездки по Николаевской железной дороге из Санкт-Петербурга в Москву и обратно. К тому времени железные рельсы были заменены стальными, деревянные мосты уступили место железным, существовали уже и ускоренные пассажирские поезда, в которых «скорость увеличена почти до 100 верст в час»[27]. Да и в самих вагонах были обустроены спальные места, в которых был «особый кондуктор, которому поручается постельное белье и умывальныя принадлежности, которыми снабжен каждый спальный вагон»[28]. Все эти улучшения не отменяли самоотверженности Парланда, со всей ответственностью взявшего на себя труд преподавателя и отдававшего много времени и сил работе в Московском Археологическом институте. Он не только читал лекции довольно значительному числу слушателей, но и непосредственно руководил студентами в их занятиях: он никогда не покидал аудитории после лекции, пока студенты не исчерпывали свои вопросы, направлял их работу в научной области. Кроме того, Альфред Александрович принимал экзамены после прочтения лекций по своему курсу: «Согласно выработанным Советом Института правилам, слушатели и вольнослушатели по предметам, читавшимся в отчетном году, держали экзамены в две сессии, – весною с 15 марта по 1 мая и осенью с 1 по 22 сентября. Для перехода на второй курс экзаменовалось 125 человек»[29].
 
Также Альфред Парланд организовывал и экскурсии по Москве, занимаясь со своими студентами осмотром многочисленных церквей города. Для него был важен живой обмен мыслями со своими слушателями.
 
Парланд всегда активно участвовал в жизни Института, не ограничиваясь преподавательской деятельностью. Он и помогал Совету учреждения, выполняя его поручения в Санкт-Петербурге. Например, «18 мая 1913 года Совет постановил командировать для поднесения адреса и приветствия депутацию из профессора А. А. Парланда, приват-доцента М. В. Клочкова и М. И. Успенскаго на юбилей Императорскаго Ботаническаго Сада в Петербурге»[30]. Помимо этого, Альфред Александрович всегда принимал участие в плановых заседаниях секции Истории искусства Археологического института, где выступали с докладами преподаватели, после чего происходили обсуждения услышанного: «Заседание состоялось под председательством профессора Императорскаго Московскаго Университета В. К. Мальмберга при секретаре Ф. В. Баллод. 26 мая. 6 часов вечера…. В прениях по поводу докладов приняли участие: Н. И. Троицкий, П. И. Галкин, проф. А. А. Парланд, И. П. Грезин и прив.-доц. Н. Д. Протасов»[31].
 
Альфред Парланд участвовал в различных научных конференциях, археологических съездах, организованных Институтом. Съезды бывали многочисленными и были организованы исключительно силами преподавателей института, которые подготавливали всю работу по секциям. Так, в 1813 году проходило в рамках Института большое научное собрание, где «Большая часть членов Съезда (539) принадлежит к числу жителей Москвы, а из других городов приехали 82 члена. Сюда прибыли депутаты из Варшавы, Гродна, Витебска, Казани, Калуги, Киева, Нижняго-Новгорода, Перми, С.-Петербурга, Смоленска, Симферополя, Томска, Тулы, Харькова и Ярославля»[32]. Главной целью был обмен научными сведениями и результатами исследований в различных областях историко-археологических наук.   
 
Альфред Александрович был в научных командировках в Европе по делам Института, собирая материалы для лекций. При этом, он делал это одновременно для обоих археологических институтов: и санкт-петербургского и московского. В одном из писем своему другу Платону Львовичу Вакселю Парланд в 1911 году писал: «В Риме нахожусь с Пятницы (5/18 августа)…В Субботу 19: я отправился в посольство и познакомился с бароном Корфом, который, благодаря Вашему письму, принял меня крайне любезно. Он сделал надпись на одном из моих свидетельств археологических обществ и велел обратиться с ним в Министерство Народного Просвещения для получения необходимого разрешения. В этот день я снялся у фотографа, а сегодня в Понедельник, 21 августа отправился (с готовыми снимками в кармане), в Министерство Народного Просвещения, где узнал от дежурного чиновника, что за подобными разрешениями нужно обращаться не в Министерство Рима, а в Венецию, куда я завтра утром и полечу»[33].
 
В таких служебных командировках Парланд работал по несколько недель в Помпеях, Венеции, Флоренции, Риме и других городах. Посещал музеи, выставки, составлял отчёты. Так, в другом своём письме из Флоренции он пишет: «Я еще не на всех выставках здесь перебывал – их четыре. 1) В Термах Диоклециана археологическая, хорошо составленная и весьма интересная, 2) в замке св. Михаила, на половину археологическая и научная, затем 3) на Piazza d´Arni главная чисто Итальяно-Этнографическая, весьма интересная, но сильно утомляющая и наконец 4) Padiglioni Forrestcere. В первых 3-х я успел побывать и изумился пустоте и равнодушию Римлян. Вчера, например, не смотря на Воскресение выставка на Piazza d´Arni была весьма редко посещаема не только днем но и вечером, где в Театре был вокальный концерт мужского хора из Bologgia»[34]. Особенно доволен был результатами работы Альфред Александрович от поездки по Греции осенью 1911 года, где находился в командировке с научными целями от Археологического института, изучая остатки старых храмов, посещая музеи древностей, собранных при раскопках и пр. При этом он побывал не только в больших античных городах, к тому же удобно расположенных на побережье, как Коринф и Афины, но и забирался, несмотря на карантины и войну, что проходила в то время на греческом полуострове, в самые отдалённые места, вглубь Греции, где сохранились археологические памятники: «Навпилия. 6 октября, 1911. Вчера прибыл сюда и посетил на лошадях (8 часов туда и обр.) Епифаурос (Епигаурос)»[35].
 
Возвращаясь из каждой поездки, Альфред Парланд привозил редкие вещи. И всегда живо откликался на призыв о помощи по созданию различных просветительских выставок предметов старины для широкой аудитории. Понимая важность знакомства большого количества людей с культурно-историческими ценностями, он безвозмездно предоставлял предметы из своей коллекции для экспозиции. В данном случае, Парланд ещё и брал на себя заботы по доставке экспонатов из своего дома на Васильевском острове Санкт-Петербурга до размещения их в витрину здания на Миусской площади в Москве (и обратно). К примеру, «13 февраля 1913 г. совершилось торжественное открытие Художественной Археологической Выставки Института, состоявшейся под почетным покровительством Августейшаго Почетнаго Попечителя Института Великаго Князя Александра Михайловича…, где нашли себе место предметы из коллекций С. П. Рябушинскаго, князя А. А. Ширинскаго-Шихматова, А. А. Парланда, Музея Института, Строгановскаго Училища и др. Выставку посетил 17 февраля Августейший ея Покровитель Великий Князь Александр Михайлович, встреченный Советом Института в полном составе приветственной речью Директора А. И. Успенскаго, выяснившаго цель и важность устройства Выставки в дни воспоминаний о важнейшем событии в жизни Русскаго Государства – воцарении Дома Романовых»[36].
 
Надо сказать, что празднование трёхсотлетия царствования Романовых, отмечалось в стенах Института с размахом. Связано это было не только с тем, что само торжество, посвящённое трёхвековой истории русского государства, не могло пройти незамеченным в учебном заведении, имеющем своей основной задачей всестороннее исследование памятников старины. Но и с тем, что вся история создания Института связана с императорским домом. Николай II лично подписал положение, разрешающее деятельность высшему образовательному учреждению в 1907 году, и сам с другими членами своей семьи вошёл в состав почётных членов. Директор периодически удостаивался аудиенции императора для отчёта о деятельности Института. И, наконец, высоко оценив научно-просветительскую работу учреждения, открывшему филиальные отделения в Калуге, Витебске, Смоленске, Ярославле и Нижнем Новгороде, 31 октября 1912 года «Государь Император, по всеподданнейшему докладу г. Министра Народнаго Просвещения, в 18-й день сего октября Всемилостивейше соизволил на опубликование в собрании узаконений и распоряжений Правительства о Всемилостивейшем присвоении Московскому Археологическому институту наименования «Императорскаго Имени Николая II». Вследствие сего Институт стал именоваться «Императорский Московский Археологический Институт Имени Императора Николая II»[37].  Это важное добавление к названию учреждения свидетельствовало о признании со стороны государственной власти важного научного значения Института. В ответ на эту милость директор постановил «устраивать в день тезоименитства Его Императорскаго Величества Государя Императора Николая Александровича 6 декабря ежегодно торжественныя заседания Совета, членов и слушателей Института с молебствием о здравии Государя Императора, с провозглашением многолетия, и произнесением приличных сему дню торжественных речей, также приветствием Его Императорскаго Величества всеподданнейшей поздравительной телеграммой»[38]. В этом же году, желая подчёркнуть важность общественной работы Института с молодым поколением, Николаю II «было благоудно соизволить на принятие звания почетных членов Августейшими Его Детьми, Их Императорскими Высочествами Великими Княжнами – Ольгой, Татианой, Марией и Анастасией Николаевнами и Наследником Цесаревичем Великим Князем Алексием Николаевичем»[39].
 
Альфред Александрович как почётный член Московского Археологического института был награждён специально разработанным для этой категории сотрудников знаком отличия, который имел право носить на правой стороне груди: «Знак состоит из заостреннаго вверху четыреугольнаго щита, покрытаго малиноваго цвета эмалью, с металлическими: узорным ободком, лентой внизу и Императорской короной вверху, с развевающимися из нея двумя концами ленты цветов черно-желто-белаго; на щите утвержден выпуклый двуглавый орел, типа времени Царя Михаила Федоровича (на груди орла московский герб, на головах металлическия короны, а между ними, по средине – таковой же десятиконечный крест). Металлическая лента внизу щита имеет в средине изгиб вниз; на образующихся трех частях ея сделана темно-синей краской надпись славянскими буквами, на левой «Московский», на средней «Археологический» и на правой «Институт»… Знак для почетных членов имеет корону, ободок вокруг щита и ленту внизу – золотые; орел на нем из черной эмали, лапы его их светло-коричневой, герб на нем – из эмали установленных для московскаго герба цветов, короны на головах и крест золотые»[40].
 
На одной из высочайших аудиенций по делам Института, которой был удостоен директор проф. Успенский, государь император заметил: «Мне особенно приятно, что здесь работают из любви к искусству и делу»[41]. Эти слова, как нельзя лучше подходят для определения работы Альфреда Александровича Парланда в Императорских Археологических институтах главных городов России. В одном он больше участвовал в разрешении денежно-хозяйственных проблем, в другом – трудился в роли преподавателя. Но в обоих учебных заведениях он самоотверженно, рьяно и почти безвозмездно, занимался важным, по его мнению, делом: передавал все накопленные им знания молодому поколению, тем самым заботясь о процветании родного государства в будущем. Проживая интересную жизнь,  Парланд ставил всегда интересы науки выше любых других целей. Для него имела большую ценность возможность распространения историко-археологических, архитектурных и искусствоведческих знаний. Альфред Парланд имел непоколебимую уверенность в необходимости доброго начинания передачи опыта молодёжи, поэтому со всеми присущими ему энергией и ответственностью он тратил своё время на служение в этих просветительских по духу заведениях в кругу единомышленников по беззаветной любви к науке и России.
 
Толмачева Н. Ю.,
кандидат искусствоведения


[1] Отчет совета союза членов петроградскаго археологическаго института общему собранию союза за 1917-1918 год. Петроград: 2-я гос. типография, 1918. С. 1.
[2] ЦГИА СПб. Ф. 119. Оп. 1. Д. 251. Дело Императорского Археологического Института. Об избрании в Почетные Члены Института и Члены Сотрудники. 1909. С. 1.
[3] Там же. С. 11.
[4] Там же. С. 6.
[5] ЦГИА СПб. Ф. 119. Оп. 1. Д. 471. Дело Императорского Археологического Института. О почетных членах Института. Часть III/ От К и до конца. С. 99.
[6] ЦГИА СПб. Ф. 119. Оп. 1. Д. 251. Дело Императорского Археологического Института. Об избрании в Почетные Члены Института и Члены Сотрудники. 1909. С. 6.
[7] ЦГИА СПб. Ф. 119. Оп. 1. Д. 227. Дело Императорского Археологического Института. 1908.
[8] ЦГИА СПб. Ф. 119. Оп. 1. Д. 470. Дело Императорского Археологического Института. Почетные члены по избранию от буквы К до конца. Том II. С. 90.
[9] Там же. С. 111.
[10] Всеобщий календарь на 1909 год. СПб.: Издание П. П. Сойкина, 1909. С. 606.
[11] ЦГИА СПб. Ф. 119. Оп. 1. Д. 470. Дело Императорского Археологического Института. Почетные члены по избранию от буквы К до конца. Том II. С. 110.
[12] Там же. С. 116.
[13] Отчет о состоянии Московскаго Археологическаго Института за 1908/1909 акад. год. М.: Печатня А.И. Снегиревой, 1910. С. 3.
[14] Отчет о состоянии Императорскаго Московскаго Археологическаго Института имени Императора Николая II в 1912 – 1913 академическом году. М.: Печатня А.И. Снегиревой, 1914. С. 39.
[15] Там же. С. 39.
[16] Отчет о состоянии Московскаго Археологическаго Института за 1908/1909 академический год. М.: Печатня А.И. Снегиревой, 1910. С. 4.
[17] Там же. С. 7.
[18] Там же. С. 6.
[19] Там же. С. 7.
[20] Отчет о состоянии Императорскаго Московскаго Археологическаго Института имени Императора Николая II в 1912 – 1913 академическом году. М.: Печатня А.И. Снегиревой, 1914. С. 37.
[21] Там же. С. 15.
[22] Памятная книжка для слушателей Императорскаго Московскаго Археологическаго Института имени императора Николая II го. М.: Печатня А. Снегиревой, 1914. Печатано по определению Совета Московскаго Археологическаго Института. С. 6.
[23] Отчет о состоянии Московскаго Археологическаго Института за 1908/1909 академический год. М.: Печатня А.И. Снегиревой, 1910. С. 21.
[24]Отчет о состоянии Императорскаго Московскаго Археологическаго Института имени Императора Николая II в 1912 – 1913 академическом году. М.: Печатня А.И. Снегиревой, 1914. С. 102.
[25] Издания Московскаго Археологическаго Института. С. IV. //Отчет о состоянии Московскаго Археологическаго Института в 1909-1910 академическом году. М.: Печатня А.И. Снегиревой, 1911.
[26] Памятная книжка для слушателей Императорскаго Московскаго Археологическаго Института имени императора Николая II го. М.: Печатня А. Снегиревой, 1914. С. 22.
[27] Николаевская железная дорога. Краткий исторический очерк. Составил ревизор образовательных учреждений Николаевской железной дороги В.В. Скрыдлов. СПБ.: Лештуковская паровая скоропечатня П.О. Яблонскаго, 1912. С. 22.
[28] Главное общество российских железных дорог. Николаевская линия. Свод Положений № 2. Положение о спальных вагонах и особых отделениях сих вагонов на Николаевской железной дороге. (Утверждено Г. Министром путей Сообщения 7-го Мая 1880 года). СПб: Типография брат. Пантелеевых. 1880. С. 3.
[29] Отчет о состоянии Московскаго Археологическаго Института за 1908/1909 академический год. М.: Печатня А.И. Снегиревой, 1910. С. 7.
[30] Отчет о состоянии Императорскаго Московскаго Археологическаго Института имени Императора Николая II в 1912 – 1913 академическом году. М.: Печатня А.И. Снегиревой, 1914. С. 64.
[31] Там же. С. 128.
[32] Там же. С. 181.
[33] Рукописный отдел Российской национальной библиотеки. Ф. 124. Ед. хр. 3261. Собрание П.Л. Вакселя.
[34] Там же.
[35] Рукописный отдел Российской национальной библиотеки. Ф. 123. Ед.хр. 348. Архив «Ваксель П.Л.». Парланд Альфред Александрович, архитектор. Письма (13) Платону Львовичу Вакселю. 12 писем – на художественных открытках. 1911 – 1913 гг. 
[36] Там же. С. 66.
[37] Там же. С. 55.
[38] Там же. С. 55.
[39] Там же.
[40] Памятная книжка для слушателей Императорскаго Московскаго Археологическаго Института имени императора Николая II го. М.: Печатня А. Снегиревой, 1914. С. 9.
[41] Отчет о состоянии Императорскаго Московскаго Археологическаго Института имени Императора Николая II в 1912 – 1913 академическом году. М.: Печатня А.И. Снегиревой, 1914. С. 56.